КРЕПОСТНЫЕ И ХОЗЯЕВА КРЕПОСТИ КОПОРЬЕ







Башня в крепости Копорье (всего фотографий: 6)

ЧТОБЫ ВОЗРОДИТЬ ПАМЯТНИК ИСТОРИИ, НУЖНО МНОГО ДЕНЕГ, МНОГО ВРЕМЕНИ, НО ПРЕЖДЕ ВСЕГО - ПАССИОНАРИЙ-РУКОВОДИТЕЛЬ
     Крепость Копорье нынче переживает один из мрачнейших своих периодов – примерно такой же, как в 20-е годы XIX века, когда местные помещики Зиновьевы решили раскатать разжалованную твердыню на строительный камень. Тогда царские чиновники-педанты не разрешили этого.
     Нынче крепость как будто никто не призывает разбирать – её просто забросили. Каждый год там что-то рушится. Последняя реставрация здесь началась ещё при советской власти и закончилась с нею вместе, но сделать успели очень мало. Ирэн Хаустова, архитектор-реставратор, которая тогда вела этот объект, вспоминает, что работали так медленно, потому что хотели всё сделать на совесть. Сделанное на совесть стоит до сих пор, но это менее десяти процентов от всей крепости. Остальное пребывает в ужасном состоянии.

 

Стык отреставрированной стены с существующей

    Памятник федерального значения, Копорская крепость практически не получает финансирования из Минкульта. Её использует бедный муниципальный музей, подчиняющийся администрации Ломоносовского района. У музея этого нет не только денег – у него нет даже необходимых документов на право пользования крепостью как федеральным памятником. Это звучит дико, но с точки зрения закона муниципальный музей «Копорская крепость» - некая организация, которая «захватила» крепость и берёт деньги за вход только потому, что никто другой этого не сделал раньше.
     Вернее, брала деньги. Больше не берёт. Решением Ломоносовского районного суда музею запрещено пользоваться крепостью с 4 апреля 2013 года – в том числе и по причине аварийного состояния экскурсионного объекта. Об этом сообщалось всеми СМИ Петербурга и окрестностей, потому что крепость входила во многие экскурсионные туры. Многие переживали – как же так, в одну из немногочисленных наших сохранившихся крепостей и не попасть.

 

Информационная табличка на кассе у крепости

     Но, оказывается, музей «Копорская крепость» не собирался сдаваться. Муниципалов можно понять. Директор музея Людмила Дороженко усвоила, что просто просить денег бесполезно, а добиваться чего-то сама она не умеет. По Федеральному закону 73-ФЗ крепость можно получить по договору безвозмездного пользования, то есть без арендной платы, но при условии составления охранного обязательства. Это раз. Во-вторых, закон позволяет направлять деньги из бюджета области на ремонт памятников федерального значения. Это сделать трудно, но можно. Но Дороженко избрала другой путь.
    В четверг 8 августа днём мы хотели сфотографировать всего лишь запертые ворота крепости. Но они оказались открыты! Более того – парковка рядом была забита. Смущённая тётенька в музейном вагончике пролепетала, что крепость как бы закрыта и билеты не продаются, но внутри проходит какая-то «благотворительная акция». Мы пошли взглянуть.
    «Акцию», сильно похожую на игру-квест, было видно издали. Счастливые люди резво носились по стенам - прямо над табличками об аварийном их состоянии. Они висели на верёвках из башен, переправлялись на канатах между стенами, стреляли из лука, прятали и искали сокровища, в общем, им было весело. Из крепостного рва доносился запах здоровенного пикника.

 

Участники игры ползают по внешним стенам башни

    Но если крепость закрыта, кто её открыл?! Празднующие явно не тайком туда залезли. Звонок Людмиле Дороженко не слишком разъяснил ситуацию. Директор музея (без документов на право использования объекта) была весьма агрессивна и сказала, что мероприятие согласовано с районной администрацией и вообще это «благотворители», на деньги которых будет вестись ремонт крепости.

 

Переправа с одной башни на другую по натянутым веревкам

    Но глава Ломоносовского комитета по молодёжной политике, культуре, спорту и туризму Светлана Полидорова напрочь отрицала свою причастность к мероприятию: «Никакого разрешения я не давала!» Чиновница была не на шутку взволнована и заявила, что сейчас же едет в Копорье.
    Через некоторое время Людмила Дороженко перезвонила в редакцию и, сильно смущаясь, попросила нас не делать из неё главного злодея:
- Я о крепости забочусь, мы на эти деньги хоть что-то могли бы сделать! – и она сделала многозначительную паузу, чтобы мы поняли – мы помешали ей делать доброе дело. - Но я обещаю, что это было последний раз…
     То, что это было не первый раз, мы догадывались – нам не раз рассказывали знакомые, проезжавшие мимо закрытой по решению суда крепости, что там стоят и машины, и автобусы. Тогда мы успокаивали себя тем, что люди, возможно, не знали о закрытии Копорья, вот приехали и теперь гуляют вокруг.
     Полистав сайты некоторых турфирм, которые возят в Копорье, мы убедились: поездки туда фигурировали и после закрытия крепости. Соберёт такая турфирма автобус, привезёт в крепость, проведёт экскурсию или игру. Кому они отдали деньги, если музей уже не имеет право брать плату? Устроители квестов и корпоративов, на один из которых мы и наткнулись на днях, - такие же ловкачи. Они делают вид, что не знают о закрытой крепости и о музее без документов. Но обязательно скажут, что радеют за родную культуру и таким образом помогают объекту. А что – туристы, скачущие по разрушающимся стенам XVI века, получили удовольствие, турфирма и музей – деньги. Кстати, тусовка на 60-70 человек обходится заказчику корпоратива в 100 тысяч рублей (так пишут устроители на своих сайтах).

 

Оголодавших игроков у крепостных стен  будут ждать шашлыки

    Хочется пожалеть муниципальный музей. Но не получается. Люди продавали билеты, получают деньги от турфирм, причём сейчас оформить получение этих средств легально вовсе нельзя и тем более проследить, на что они идут. Защитники таких квестов говорят: «Люди хотят лазать, давайте удовлетворим эту их потребность, они же платят, это лучше, чем они будут лазать совсем без присмотра. А то они удовлетворят свои потребности бесконтрольно, а главное – бесплатно, а так хоть нам денежки». Интересно, если у кого-то есть потребность колотить молотком по старым стенам, или рвать старые книги, или вытаптывать цветы, снимая свой городской офисный или школярский стресс, - её тоже надо обязательно удовлетворять, если он за это платит?
    И ещё стоит помнить: нерадивые работники любят объяснять бедственное положение объекта плохими законами. Но закон не так плох, как его часто выставляют эти работники и чиновники. Если какие-то объекты были спасены энтузиастами, то это было вопреки воле чиновников, но не вопреки закону, это нужно различать.
    За деньги, полученные от турфирм хоть каким способом, решить проблемы крепости нельзя. Здесь нужны миллионы, годы, а главное – личность, которая будет заниматься объектом. У Старой Ладоги есть археолог Кирпичников. У Михайловского и Петергофа были выдающиеся директора Гейченко и Знаменов. Псков спас архитектор Спегальский. Где же гений Копорья? Крепость устала ждать…

Статья опубликована в газете "Невское Время" от 10.08.2013 г.
Татьяна Хмельник
Фото Александра Потравнова