Лучшая часть Рускеалы украшает Петербург





Карьер зимой (всего фотографий: 4)

Мраморный карьер и после ухода последнего рабочего может продолжать быть нужным людям

   Что можно сделать со старым карьером? Если потрудится человек, то может вырасти лес. Если потрудится природа – получится озеро. А вот в Карелии брошенную мраморную выработку приспособили под уникальный «Горный парк», где туристы не только любуются мраморными скалами, отражающимися в воде затопленной части карьера, но и получают вполне квалифицированное научно-историческое пояснение к увиденному.

Горный парк ручной работы

    Местечко это называется Рускеала – это в 30 километрах к северу от Сортавалы. «Горный парк» принимает посетителей еще только с мая 2005 года, но уже вошел в многие туристические маршруты по югу Карелии. Его организаторы и устроители создали очень редко встречающийся в нашей стране симбиоз природного объекта и натурного музея горного дела прошлых веков. Мраморный каньон Рускеалы вошел в список культурного наследия России в 1998 году и с тех же пор начались работы по его благоустройству и облагораживанию. Считается, что в Европе нет подобного по красоте объекта – чтобы и природные достоинства были налицо, и деятельность человека тоже была представлена. Есть, конечно, соляная шахта «Величка» в Польше, но она меньше по размеру, кроме того, там интересна только подземная часть, а в Рускеале можно побывать и под землей, и на свежем воздухе.
   Практически любой встречный в Сортавале, не говоря уже о более близких к карьеру поселениях, покажет, где искать достопримечательность. Еще бы – рускеальским мрамором гордились несколько сот лет, сам Монферран осматривал его и заказывал там глыбы для отделки своих архитектурных творений. А теперь туристы начали кормить заглохший было промысел. Любопытно, что Рускеала соединила в себе интересы четырех народов: камень добывали здесь для России, Швеции, Финляндии и Карелии. Согласно историческим документам, нашел это месторождение пастор Самуил Алопеус в 1766 году, впрочем, небольшая добыча велась там гораздо раньше. Но только при Екатерине II в Рускеале начали промышленную разработку. Подробнее об истории добычи читать здесь.

Минус три этажа

    Сотрудник Сортавальского краеведческого музея геолог Игорь Борисов, который проводит экскурсии «для продвинутых» в Рускеале, расскаазывает, что добычу глыб пришлось прекратить по банальной причине: всю толщу мрамора испещряют трещины, и выломать целый, не раскалывающийся на куски фрагмент скалы, не представляется возможным. А все потому, что мрамор стали взрывать. Его бы добывать потихоньку, дедовским способом, вбивая клинья и откалывая глыбы монолита, но хотели брать побольше и поскорее, поэтому стали закладывать взрывчатку. Но хороший мрамор здесь уже и не был нужен. Дело в том, что большие заказы из Петербурга перестали поступать, а камень брали на известь. Примерно с 1870 года вся добыча переориентировать на известковое сырье и на мраморную крошку, из которой потом прессуют искусственный мрамор. По всей юго-восточной Финляндии стояли дома, которые были оштукатурены известкой из рускеальского мрамора. На окраине карьера можно увидеть старые известковые печи, брошенные относительно недавно, их теперь заменило новое оборудование, и горы белой мраморной муки высятся вокруг всей Рускеалы.
Конечно, пару-тройку досок на надгробие в карьерах наковырять можно до сих пор, но были случаи, когда эти целые с виду мраморные доски при попытке выбить на них надпись или рисунок давали трещины. Ведь если в монолите пошла трещиноватость, она имеет совершенно непредсказуемое направление. Во время войны главный карьер оказался затопленным, и вся добыча переместилась на периферию месторождения. На излете советского периода Рускеалу пытались реанимировать для добычи декоративно-облицовочных мраморных плит и даже успели украсить ими подземные залы станций метро «Приморская» и «Ладожская», но трещиноватость породы сделала это занятие довольно дорогостоящим и в конце концов бесперспективным.
      Внешне карьер производит колоссальное впечатление: серо-белые скалы обрываются в бирюзовое озеро с сильно изрезанными берегами, и сверху хорошо видно, что глубина там немаленькая, около 20 метров. В Рускеале очень любят проводить свои тренировки дайверы – они заплывают в отдаленные уголки карьера, чтобы не мешать основной массе посетителей, и ныряют там в свое удовольствие. На самом деле, затопленных карьеров здесь несколько, они соединены между собой штольнями, которые тоже оказались в воде, а поскольку в Рускеале было три подземных горизонта добычи, можно себе представить, какие заманчивые лабиринты ожидают дайверов.

Камни не бросать

    Вода там прозрачная, почти без мути и без водной растительности, только листики осенью с окрестных берез могут налететь. Чистота воды поддерживается и персоналом «Горного парка» - сотрудники на лодках периодически плавают по озеру и выбирают оттуда все, что там могло оказаться, типа пластиковых бутылок, бумажек и тому подобной дряни. Впрочем, надо отдать должное посетителям: они так проникаются величественной красотой затопленного карьера, который здесь вполне может называться «горным озером», что практически не мусорят. Ведь здесь можно взять напрокат лодку и созерцать карьер снизу, с воды. Отсюда особенно проникновенно читаются надписи на табличках, стоящих кое-где у обрыва: «Камни не бросать, внизу люди». Часть глыб висит над водой под отрицательным углом, а кое-где возникли гроты, куда можно заплыть и полюбоваться игрой света на мраморном потолке. Увы, в резком свете фонаря отчетливо видны трещины на сводах. Конечно, гора так сразу без предупреждения не рухнет, но становится не по себе и хочется выплыть поскорее наружу.
     Есть и сухие штольни – заходить туда туристам без сопровождающего геолога категорически запрещено, но туда время от времени умудряются залезать безбашенные люди, хорошо, если с фонарем и минимальным спелестологическим опытом (молодая прикладная наука спелестология, в отличие от спелеологии, занимается искусственными подземными полостями – шахтами, подземными ходами, каменоломнями). Но для законопослушных туристов есть вполне легальные развлечения – одна из шахт с облагороженной штольней оставлена для посещения, чтобы любой человек составил себе представление о внутреннем устройстве карьера.
     Чем жарче снаружи, тем мертвеннее холод мраморной штольни, и чем дальше туда заходишь, тем ощутимее становится вечная промозглость. Такое ощущение, что даже в гранитном склепе теплее. А каково тут было работать? По данным карьероуправления, в годы наибольшей загрузки карьера работа не прерывалась ни зимой, ни летом, причем бурение не прерывалось даже ночью.

Татьяна Хмельник

Справка

    Рускеальский мрамор использовался при создании декора Исаакиевского собора, Мраморного дворца, Михайловского замка, Орловских ворот, Екатерининского дворца в Царском Селе. В «главной мраморной ломке» Рускеалы с 1769 по 1830 год было добыто более 200 тысяч тонн мрамора. Кроме главного карьера добычу производили и в соседней горе - Зеленой. Как только был окончательно завершен Исаакиевский собор, Рускеальский карьер лишился государственных заказов и постепенно перешел в разряд второстепенных ломок. По общим подсчетам, всего за годы существования «главного карьера» из него было добыто не менее 800 тысяч кубометров мрамора.