МОЖНО ЛИ ВОСПИТЫВАТЬ НА КРАДЕНОМ?






Крест у часовни в д.Кануновщина (всего фотографий: 5)

     В последние две недели в различных изданиях и на новостных порталах Псковской области промелькнула новость о подготовке создания музея каменных крестов и проведении посвященного этой теме Круглого стола в Пушкинском ГМЗ «Михайловское». У многих, кто был приглашен на упомянутое мероприятие, поначалу появилось легкое недоумение. Действительно круглый стол «Проблемы охраны, изучения и экспонирования каменных крестов» планировался еще с 2010 года и был инициирован нами, руководителями проекта «Регионавтика». Но о том, что это событие приурочено к созданию музея каменных крестов, участники даже не догадывались. Удивил и «создатель» музея – известный художник Александр Стройло. Конечно, многие знают прекрасные графические работы Александра Григорьевича, посвященные часовням и каменным крестам Псковской области, но вот музей, да еще под открытым небом, да еще такой редкой тематики? 

КАК СРЕДНЕВЕКОВАЯ ВЕЩЬ МОЖЕТ СТАТЬ ПОПСОВОЙ
    О создании такого уникального музея ничегошеньки не знали ни специалисты ГУК «Археологический центр Псковской области», ни сотрудники ближайших музей - Псковского Государственного историко-архитектурного и художественного музея-заповедника и Государственного историко-архитектурного и природно-ландшафтного музея-заповедника «Изборск». Все они узнали о предстоящем событии кто от нас по телефону, кто из новостных лент. Правда, во всех музеях с художником Стройло хорошо знакомы, поскольку он везде фотографировал и зарисовывал кресты и, как стали вспоминать сотрудники, даже просил отдать ему какие-то экспонаты («все равно они у вас никому не нужны, их никто не видит»), чем сильно позабавил музейщиков. Затем стали припоминаться истории о том, что в некоторых деревнях рассказывали, как к ним приезжал некий бородатый дядечка, размахивал какой-то бумажкой с синей круглой печатью, представлялся музейным работником и увозил каменные кресты якобы для какого-то музея. Ни в одном музее тем временем ни одного креста «от дяденьки» не появилось – уж мы-то со всеми держим связь.

Кресты часто стоят у самой дороги, как здесь - в д.Кануновщина

      Наконец, подогретые такими любопытными фактами и слухами, участники круглого стола собрались 14 апреля 2011 года в Пушкинских Горах, в научно-культурном центре ГМЗ «Михайловское». Мы не будем останавливаться на содержании докладов и выступлений, посвященных непосредственно научным аспектам изучения каменных крестов – их типологии, особенностей распространения, этнографических характеристик и палеографических нюансах написания сакральных формул. При желании все эти материалы желающие смогут прочитать на сайте ГМЗ «Михайловское», на сайтах участников круглого стола и в специальных изданиях. Зато нельзя не поведать об обсуждении самой, как оказалось, животрепещущей проблемы – проблемы сохранения и экспонирования каменных крестов.  
      У многих читателей, особенно далеких от музейного дела, может возникнуть вопрос: а что это за каменные кресты такие? Все знают, что есть такой распиаренный Труворов крест в Изборске, есть еще какие-то знаменитые кресты, вон у Покровской башни два стоят, но проблема-то в чем? Собрали бы их, свезли, разложили бы кучей, как в Мирожском монастыре, раз они такие ценные, и проблем никаких не будет. И ученые довольны, и людям никто не мешает. А народ приходил бы на поляну, где кресты разные стоят, смотрел бы на эти каменюки удивительные и думал бы: вот людям раньше делать было нечего, без алмазного инструмента такой материал обрабатывать.

Крест в д.Кицково стоит на месте бывшей церкви и очень удачно вписан в местный ландшафт

     Дети с любопытством рассматривали бы непонятные буковки, из которых ни одного русского слова не получается, и удивлялись бы – как это так могли раньше писать, по камню-то, тут и по бумаге замучаешься. Затем родилась бы какая-нибудь очередная модная традиция: если, к примеру, приложиться к одному лбом, а на другой сесть в полнолуние, то и геморрой с мигренью излечатся, и счастье с богатством привалят. Картина, увы, не такая уж и фантастическая, судя по тому, с какой скоростью возникают и укрепляются абсолютно дикие традиции и верования.
     Вот тут впору и задать вопрос: что же важнее - популяризировать знания о родной земле, об этнографических особенностях территории, или устраивать дешевый аттракцион из культурных и сакральных объектов, которые несут глубинную информацию? На наш взгляд, уважающий себя музей должен заботиться об экспозиции не только на своей территории, но и создавать условия для осознания посетителями ценности объектов вне музейных стен. Чтобы люди, посетив музей, понимали и чувствовали: музейная экспозиция продолжается рядом с их домом, садом, дорогой, - возможно, тогда они относились бы с должным уважением к своей малой родине и к свидетельствам старины. Мы в своих полевых исследованиях постоянно встречаемся с населением, которое ничего не знает не только о каменных крестах, но и об истории этой земли. Увы, это следствие не только войн и миграции, но и целенаправленной политики по искоренению крестьянства и настоящей интеллигенции. «У пролетариата нет родины», - писал Маркс, а Ленин уточнял, что «…судьбы страны его (пролетариат) интересуют лишь постольку, поскольку это касается его классовой борьбы, а не в силу какого-то буржуазного, совершенно неприличного "патриотизма"». Так что это реальная беда: у людей нет исторических корней на той земле, где они живут. Посмотрите: страна вымирает, нет желания работать и жить. Отношение к земле, лесу к воде – как к одноразовому пластиковому стаканчику. И только в редких местах эти связи с землей еще остались, и там жизнь намного лучше, чем на территориях, где все чувствуют себя временщиками.

     Увы, эта проблема касается не только рядового населения, как у нас любят представить в СМИ. Она касается всех слоев нашего общества – и тех, кто называет себя средним классом, и тех, кто причисляет себя к элите. Ведь большинство представителей так называемой элиты ведет себя как настоящие колонизаторы – они вывозят ресурсы, людей и культурные ценности. Им наплевать на то, что останется на этой земле. «Проблемы индейцев шерифа не волнуют», – есть такая современная русская поговорка. В развитых странах этому нашествию противостоит государство, в менее развитых - местные общины. У нас не работают, увы, оба механизма противостояния. Но раз уж мы живем здесь и сейчас, нужно учиться выживать в этих достаточно жестких условиях.  
    Понятно, что сегодня, когда государству наплевать на культуру, образование и науку, необходимо уметь зарабатывать деньги, и эта суровая правда жизни относится, в том числе, и к музеям. И в этом нет ничего плохого. Вопрос только в способах заработка. Один путь профессиональный: организация экспозиций и экскурсий, где сочетаются наглядность, доступность и высокий уровень знаний. Такие экспозиции направлены на развитие личности посетителя, на повышение его уровня знаний с возможностью дальнейшего самообразования. Но есть и другой путь - «попсовый»: гнать халтуру, используя жареные и популярные псевдо-научные мифы и легенды на потребу публике. Здесь, как в балагане, всё в одном флаконе – на любой вкус скучающего туриста. 

ПУТЬ, ВЫСТЛАННЫЙ БЛАГИМИ НАМЕРЕНИЯМИ
    Почему мы заговорили о культуре и науке, когда речь идет о каменных крестах? Да потому, что какие только глупости не распространяются сегодня о каменных крестах! В Белоруссии, если верить статьям в газетах и в Интернете, кресты просто растут из-под земли, как грибы после дождя. У нас в стране вроде как не растут, но, тем не менее, выдумок тоже хватает. Одним они кажутся навигационными знаками, другим - переделанными языческими идолами, а третьи считают эти кресты знаком древних кельтов, которым ирландские монахи освящали русскую землю, четвертые и вовсе принимают их за памятники врагам русской земли типа шведов или ливонцев (поскольку не понимают написанного на крестах). Во многих краеведческих музеях, где мы бывали, сотрудники не знают, что такое каменные кресты, когда они появились и почему. 
      Временной диапазон, когда устанавливались каменные кресты, составляет почти 9 веков – с XII по XX век, - и это одна из причин, по которой этими объектами мало кто занимался. Они расположись как бы между археологией, краеведением и религией, образуя своеобразную пограничную тему. Во многих местностях сложились свои локальные традиции и культы, связанные с каменными крестами, которые еще больше запутывают ситуацию, поскольку они возникли на фоне неоднократных миграций населения и смешения традиций разных местностей. На территории России каменные кресты известны и на Северном Кавказе, и в центральной России, но самое большое количество их в нашей стране известно на Северо-Западе на территориях современных Новгородской, Псковской, Ленинградской и Тверской областей. Встречаются отдельные находки и в Карелии и в Вологодской области.
      Практически все осмотренные каменные кресты являются по своей сути намогильными – то есть они связаны с обрядом погребения. Часто каменный крест делался еще при жизни заказчика. Но следует отметить, что общепризнанных канонов православного погребения не было на Руси долгое время. Поэтому каменные кресты выступали еще и в качестве сакрального знака - для поклонения. Тогда не было таких кладбищ, как сейчас, не было часовен и церквей у мест захоронений, и лишь в отдельных случаях ставили церковь – на средства того, кто хотел упокоиться под ее спудом, или потомка покойного. Поэтому каменные кресты и совмещали функцию поклонения и почитания: здесь похоронен христианин, помолимся за его душу, за свою и за души всех православных. Кроме того, часто каменные кресты ставились и на братских могилах воинов, погибших в многочисленных битвах (скудельни). К этим крестам шли молиться и совершать свои обряды, уходившие корнями в далекое язычество, местные жители. По форме крестов порой можно идентифицировать и этнографическую принадлежность захоронений. Поэтому современное отношение к средневековому каменному кресту как к обычному могильному, который можно покрасить серебрянкой или сменить на более новый, - это прежде всего неуважение к тем, кто столетия относился к этому объекту как к символу самоидентификации умершего и сакральному объекту поклонения живых.

Крест как обьект поклонения (д.Староверский Луг)

    Чтобы подтвердить теорию практикой, в ходе круглого стола была проведена экскурсия с показом каменных крестов на местности. Заместитель директора по науке ГМЗ «Михайловское» Елена Ступина показала окрестности музея-заповедника, включая Святогорский монастырь, а мы отважились отвезти коллег на средневековые городища – Выбор и Дубков, где еще сохранились кресты разного времени изготовления в их естественной среде. После этих экскурсий и начались дебаты по главной проблеме – к проблеме сохранения и экспозиции каменных крестов.
    Александр Стройло выступил очень эмоционально. Он заверял всех собравшихся, что жителям псковских земель наплевать на историю, что все они пришлые, колхозные, что люди боятся каменных крестов и специально их уничтожают, кидают на помойку и забрасывают мусором. Кроме того, ему лично не нравятся и многие укоренившиеся за последние столетия обряды в некоторых местностях, поскольку они не соответствуют, на его взгляд, первоначальным традициям. Вот и начал Александр Григорьевич свою миссию - операцию спасения: принялся стаскивать каменные кресты, которые, по его мнению, неправильно используются, на частную территорию в Новоржевском районе, чтобы уберечь артефакты от живущих на псковской землей варваров. Таким радикальным способом насобирал он целых 43 креста (по его личному признанию).

Крест в крохотной деревенской чаосвне (д.Мильцы)

    На вопрос Елены Яковлевой, директора ГУК «Археологический центр Псковской области» и ответственного секретаря общественного совета по культуре Псковской области о концепции музея, господин Стройло не смог ничего внятного ответить. Он только повторял, что необходимо красиво расставить кресты на какой-нибудь удобной территории, куда он с радостью готов их привезти. Вопрос о законности действий уважаемого художника, которые подпадают, в том числе и под действие Уголовного кодекса, вызвал на лице Александра Григорьевича истинное непонимание: «Но я же не продаю эти кресты, я доброе дело делаю!» И вообще, не его это, дескать, идея свозить каменные кресты, а принадлежит она другому богемному господину - известному режиссеру Дмитрию Месхиеву, у которого тут тоже неподалеку имение есть, а он, Стройло, только художник, а художника, как известно, каждый так и норовит обидеть. 

САКРАЛЬНЫЙ ОБЪЕКТ МОЖЕТ ОТОМСТИТЬ ЗА СЕБЯ
      Вот и получается, что за таким громким названием - «Музей каменных крестов» - скрывалось простое желание создать очередной перфоманс на плэнере, с желанием получить официальное финансирование на содержание офиса, на красивые визитки и звучные презентации. Ни о какой научной и просветительской работе ни художник, ни его друг-режиссер и не думали: скорее всего, для них это очередной пиар-проект и некая художественная инсталляции с претензией на оригинальность. И все это преподносится под эгидой спасения национального достояния от глупого и бестолкового народа, который не ценит красоты и громко сморкается.  
 Увы, это тот случай, когда желание назначить себя «делателем доброго дела», с занесением на скрижали как почетного радетеля за сохранение исторических ценностей, наоборот, оказывается нанесением настоящего вреда. Причем вред причиняется как науке, так и такому для многих забытому понятию как «родная земля». С научной точки зрения все более-менее понятно: каменные кресты важны не только и не столько сами по себе, они важны в историческом и географическом контексте, поскольку являются ценными этнографическими и археологическими маркерами. Изучение этого объекта необходимо осуществлять в первую очередь на местности, поскольку для анализа и научной работы требуется учет различных особенностей, связанных с расположением каменного креста, а не только с теми характеристиками, которыми обладает сам объект. Кроме того, есть федеральный закон, который запрещает любое перемещение найденных кем-либо археологических объектов без проведения историко-культурной экспертизы, а нарушение этого закона влечет различные формы наказания. 
       А вот со второй составляющей вреда не так явно, но от этого не легче. Выносить приговор, то есть принимать решение о дальнейшей судьбе сакрального объекта, связанного как с христианским, так и с языческим культом, не подобает делать в одиночку – всякое может случиться. Мы знаем много случаев, когда люди, «забывавшие» об этом правиле, отчего-то долго, тяжело и непонятно болели, либо просто их жизнь категорически не задавалась. Об этой не совсем научной, но вполне реальной стороне вопроса также было сказано на обсуждении, причем людьми, которые на такие темы избегают шутить, - полевыми археологами.
      На наш взгляд, мы должны стремиться к тому, чтобы сохранить объекты исторического наследия на своих законных местах, не только ради нас, но и для будущих поколений. Эту общую точку зрения высказала Наталья Дубровская, директор музея-заповедника «Изборск». Кстати, Дубровской тоже было предложено в ходе «дружеского визита» г-на Стройло расстаться с теми крестами, которые ей не нужны. Ее отказ был принят им как женский каприз или явление музейной жадности, а не как необходимости соблюдать статус кво.
      Но кроме пути, предложенного Александром Стройло, есть и другие способы сохранения каменных крестов псковской земли. На круглом столе прозвучали различные предложения, как возможно сохранять не только каменные кресты, но и другие памятники культуры. Во-первых, это постоянное, методичное информирование органов государственной власти о всех случаях варварства и воровства, касающихся любых объектов культурного наследия. Во-вторых, необходимо создание сводного классифицированного кадастра каменных крестов Северо-Западного региона России и Псковской области в частности. Почему именно Северо-Запада? Причина проста: это историческая область распространения традиции установки каменных крестов в XII-XVII веках (зона влияния Новгородской, а затем и Псковской республик). Такой кадастр аккумулирует все сведения о наличии и состоянии всех объектов. Центром по сбору и анализу этой информации готов выступить ГУК «Археологический центр Псковской области». В-третьих, необходимо создание при музеях наглядных, информационных экспозиций, позволяющих больше узнать об истории возникновения и особенностях традиций установки этих объектов. В-четвертых, нужно вести постоянный мониторинг за состоянием каменных крестов, остающихся в естественной среде. Этому отчасти поможет организация маршрутов по местам сохранения крестов. В-пятых, неустанно должна вестись разъяснительная и научная работа, обмен информацией между музеями различной уровня подчинения.


ПОКА КРЕСТИКИ НЕ СТАЛИ НОЛИКАМИ
     Чтобы решить эти задачи, даже не нужно создание дополнительных структур и организаций. Достаточно ежегодных встреч и обычной работы при налаженных горизонтальных связях. Имеющиеся в фондах музеев каменные кресты позволяют создать экспозиции, отвечающие поставленным целям. Составлением сводного классифицированного кадастра уже занимаются специалисты не первый год. Более того, необходимо издать эту научную работу, чтобы она стала достоянием широкой публики. 
       В результате, доступность научных сведений и наличие фактического материала позволит создать настоящие «сетевые экспозиции». Поскольку культура каменных крестов гораздо шире нынешних административных границ, то и подход к экспозиции должен исходить из географии распространения крестов – то есть быть межрегиональным. Кстати, и туристы на административные границы тоже не всегда обращают внимание, поэтому возможно организовать настоящую логически объединенную сетевую экспозицию. При таком подходе информация одного музея органично дополняет информацию другого, - когда люди, побывав в одном из них, смогут получить данные об основных параметрах экспозиции другого музея. Тогда, как в примере с Изборским музеем, где есть карты местонахождения крестов, посетитель сможет самостоятельно выбрать маршрут и ознакомиться с интересующими его объектами на местности, осознавая, что тот или иной музей будет выступать неким центром по получению необходимой практической информации.
       Еще одним шагом может быть создание неформального клуба, интернет-портала, или другого подобного сообщества. Вполне реально без привлечения дополнительных средств, используя общественные и добровольные объединения граждан, сформировать не просто очередное общество, где читают доклады, а вести настоящую полевую работу – по мониторингу состояния объектов культурного наследия, донесением этой информации до органов власти, до музеев, до органов печати, вести разъяснительную работу с жителями деревень, где еще остались каменные кресты. И не надо никакой бюрократии - современные средства коммуникаций позволяют работать в режиме реального времени между всеми заинтересованными лицами. Здесь нужно только одно обычное человеческое желание - любить свою землю и помогать ей защищаться от различных напастей.  

Крест у новой церкви в селе Спицыно

    Почему бы не привлечь к этому делу школьные музеев, клубов и кружков по изучению родного края? Дети могут осуществлять даже настоящий мониторинг состояния объектов культурного наследия в той местности, где они живут. Кстати, в ГМЗ «Михайловское» школьники работают давно и успешно. Кроме того, в таком подходе могут быть заинтересованы и местные власти. Для них в таком подключении к музейным экспозициям существует возможность увеличить поток туристов, даже можно и промысел организовать – делают же в европейских странах сувениры в виде кельтских крестов! Но даже не надо так далеко ходить - в Палкинском районе, например, развивается настоящее кустарное производство сувениров для туристов. Участники круглого стола договорились обмениваться информацией, откорректировать свои экспозиции с учетом новых исследований и полученных знаний, а также продолжить совместные встречи для координации усилий в деле сохранения памятников культуры.
      Увы, вопрос, что делать с собранными Александром Стройло крестами, пока остался открытым. Теоретически возможно ему самому оформить на себя охранные обязательства на собранные им каменные кресты и сделать частный музей каменных крестов (если удастся преодолеть неизбежные проблемы с законностью «приобретения» объектов). Были предложения сделать копии каменных крестов и организовать передвижную выставку копий этих удивительных объектов, тут бы, кстати, и прекрасные работы художника Стройло очень пригодились бы. Можно и вернуть кресты на места, откуда они были изъяты, либо переданы в одну из ныне существующих музейных коллекций. 
А что касается заявления художника о деградации населения, которому якобы не нужны кресты… На нашей земле были различные невзгоды - эпидемии, войны, смуты и запустения. Кроме плодородия земли, чистой воды в реках, людям нужна и историческая память, нужны исторические корни и ориентиры. Большинство сегодняшних варваров – будь то спившийся двоечник из бывшего колхоза, или богатый городской хам, купивший себе дом для пьянок на лоне природы, - сгинут без следа, как одноразовая салфетка, поскольку природа быстро поглощает следы неразумного человечества. Но кто-то останется. Разумные, ответственные, помнящие свое родство. И они должны застать хотя бы часть свидетелей нашей истории на их коренных местах – а не в стерильных резервациях музеев. Мы очень любим музеи. Но не все в этой жизни можно вместить в экспозицию, даже самую креативную. Давайте что-нибудь оставим и той земле, по которой сами ходим.

Татьяна Хмельник, Александр Потравнов

Статья опубликована в газете Псковская губерния 20/04/2011