НОВГОРОДСКИЙ УРАГАН В МОСКВЕ НЕ ЗАМЕЧАЮТ





Дорога на Звонцы (всего фотографий: 4)

ПРИРОДНЫЕ КАТАКЛИЗМЫ В ОЧЕРЕДНОЙ РАЗ ОБНАЖИЛИ ПОРОКИ НАШЕГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА

(Все фотографии в тексте - спустя два месяца после урагана)

   Неболчи – небольшой поселок на дальней северо-восточной окраине Новгородчины. Богато тут не жили никогда, но и не бедствовали особо – есть железная дорога, есть лес, знай вали его да вывози. Административно поселок приписан к Любытинскому району, но реально жители много лет привыкли иметь дело скорее с Бокситогорском, что в Ленобласти, нежели со своим райцентром, который вымирает куда стремительнее самих Неболчей. Но с 29 июля Неболчи впору объявлять зоной бедствия.
Жители Петербурга и Ленобласти хорошо помнят ураган, уничтоживший лес в Приозерском районе и убивший много людей (по официальным данным, 12 человек, по приватным беседам с сотрудниками МЧС – около полусотни). В тот же вечер то же самое было и в Неболчах, по счастью – без жертв. Рассказывают только про одну женщину, травмированную упавшим деревом, когда она побежала спасать парник, да про собак, которых якобы уносило вместе с будками. Впрочем, когда нам довелось осмотреть разрушения, оставленные ураганом, байка о собаках уже не выглядела преувеличением.


В райцентре Любытино

   Глава Неболчского ПМК Вольдемар Хильштейн вспоминает об этом так:
- Я посмотрел телевизор и прилег отдохнуть около девяти часов вечера - очень устал, день был ужасно жарким. Проснулся от того, что весь дом шевелился. Подошел к окну – а там все деревья к земле гнутся. Хорошо что у меня нет вокруг высоких посадок. Тут же слышу – летят стекла, шифер, люди кричат… Треск, удары – это, как я потом понял, на крыши падали деревья. Свет погас сразу. Продолжалось все это не более получаса. Когда все стихло и я решил выйти на улицу, то не смог открыть дверь – ее завалило всякой упавшей рухлядью. Выбирался долго, а когда выбрался, то увидел край поселка – раньше его скрывал лес, а теперь только обломки торчали. Некоторые деревья, в основном елки, вырвало с корнем, осины ломало в нескольких метрах от земли, а сосны просто в щепу покрошило, как будто скручивало.
Особенно страшно в это время было на дорогах. Один житель Боровичей рассказывал, что он примерно в это время выехал на шоссе из леса, направляясь домой. Двигаясь к Любытину, он всю дорогу слышал треск – это на шоссе падали огромные деревья, росшие вдоль дороги.

 

Здесь стоял густой лес (окрестности Любытино)

До Любытина ехать ему пришлось очень долго: перед самым поселком вековые сосны перегородили трассу, и пока их не распилили и не растащили, шоссе было блокировано.

   Первыми пришли в себя электрики. Линии электропередач, включая высоковольтные, на территории, затронутой ураганом, - а он шел полосой шириной около 30 километров, - были не просто повреждены, частично они были уничтожены многослойными завалами деревьев. Бригады Межрегиональной распределительной сетевой компании Северо-Запада (МРСК) трудились круглосуточно, сменяя друг друга. На помощь новгородцам были переброшены электрики из других областей. Особо отличились, по словам главы Неболчского сельского поселения Галины Кожиной, череповецкие электрики:
- Они делали все, чтобы хоть по временным линиям пустить ток. Нам привезли семь дизель-генераторов. Но масштабы бедствия слишком велики, и часть линий электропередач до сих пор не работают – они фактически уничтожены. Проблема в том, что пролегают они по такой местности, где подъехать и разобрать завалы очень трудно. Поэтому решили часть линий бросить и пустить новые вдоль дорог.
О дорогах. С 29 июля прошло много дней, но часть дорог до сих пор завалена. Вернее, там пропилены дырки для проезда одной машины. Как правило, это грунтовки, ведущие в отдаленные деревни, и другого пути туда просто нет. Например, попасть в деревню Звонец (к слову сказать, достаточно населенную) и прочие деревни того направления можно только просочившись под угрожающе висящими над дорогой полуповаленными деревьями и уворачиваясь от торчащих на пол-проезжей части кусками распиленных, но не растащенных стволов.

Лесные завалы спустя почти два месяца после урагана

    Причина – нехватка рабочих рук и техники. Вольдемар Хильштейн говорит, что такие дороги должны были помогать расчищать арендаторы лесного фонда, но реально это сделали только два арендатора. Остальные полагают, что у них достаточно своего ущерба, а дороги их не касаются. Зато неболчских дорожников заставили пересчитать все деревья, которые полностью перегораживали 27 их дорог (для отчета). Деревьев таких оказалось 15160, и это отнюдь не прутики, а огромные стволы.

   С лесным фондом, конечно, полный ужас. Между Неболчами и Любытиным – многие сотни гектаров поваленного леса.

Такой пейзаж на протяжении 20 километров по дороге Неболчи-Любытино

   Что поближе к дороге – то начали расчищать. Работают тоже сутками. Новгородские власти, оценив масштаб бедствия, открыли «горячую линию» для предпринимателей, желающих заняться уборкой лесоповала. По словам главы комитета по лесному хозяйству Новгородской области Олега Вареникина, звонили очень многие, работает только две компании, да и то не по-крупному:
- Предпринимателям невыгодно заниматься этим. Ведь упавший лес – очень разнородный, лиственные породы – только на целлюлозу, елки, если они не повреждены, - это строительный материал, ну а сосну разносит в щепы, ее только на дрова. Если бы у нас были предприятия, которые делают топливные брикеты из такой щепы, что очень популярно на западе, то было бы выгодно убирать упавшие деревья, но у нас о таких предприятиях только разговоры ведутся вот уже который год. Здесь нужен госконтракт, а его может заключить только федеральное ведомство.

   По существующему законодательству, арендатор лесного фонда, на территории которого произошел ветровал, должен написать кучу бумаг, составить множество актов, провести экспертизу, чтобы его участок был признан действительно пострадавшим и чтобы там можно было вести аварийно-восстановительные работы. Были случаи, когда за электриками, валившими уцелевшие деревья, чтобы подобраться к линии электропередач, бежали сотрудники природоохранной прокуратуры. Мол, нельзя уничтожать государственную собственность, даже если это необходимо для восстановления другой государственной собственности. Составьте акт, проведите экспертизу, выставьте участок на аукцион, согласуйте все – вот тогда и работайте. Зная скорость, с которой в нашей стране бумаги идут по инстанциям, можно предположить, что в Неболчах до сих пор не было бы света, как его нет в ряде деревень.
    Некоторое время в Неболчах не было и крыш. Сразу же взлетели цены на шифер и на оконные стекла. Местная власть могла отремонтировать только многоквартирные дома, а частники, которых в поселке большинство, оказались предоставлены сами себе. Правда, почти все дома были застрахованы, и теперь жители получают страховку. По словам Галины Кожиной, максимум, на что может рассчитывать пострадавший, это 10 тысяч рублей.
Но поселок как будто уже оклемался – в отличие от окружающего его леса. Там, по словам Олега Вареникина, положение катастрофическое:
- Ясно, что мы не успеваем убрать весь лесоповал до зимы – у нас просто не хватает сил. По реальным оценкам, на вывоз упавших деревьев может уйти до 10 лет. Но ближайшим же летом все эти завалы могут начать гореть, и остановить такой пожар будет очень сложно. Что не сгорит – будет гнить и станет рассадником всяческих болезней для не пострадавшего еще леса. То есть ущерб, который виден сегодня, - он не окончательный, к нему присоединится результат последствий невывоза упавшего леса. Мы постоянно просим федеральную власть о помощи, первое письмо за подписью губернатора было отправлено больше месяца назад. Но помощи так и нет. Сейчас мы просим Союз лесопромышленников России помочь нам хотя бы с переработкой древесины. Если мы оставим все так, как есть, то на следующий год неболчские и любытинские деревни рискуют оказаться посреди лесных пожаров.

Татьяна Хмельник