ИЗ-ПОД ВОДЫ






(всего фотографий: 5)

    Здесь красиво, когда тихо. В июньский полдень слишком ярко бьёт по глазам отражение солнца в воде, слышны крики играющих детей и шум машин с недальнего шоссе. Но когда улетают птицы и пора начинать курить в перчатках, а небо чаще плачет, чем смеётся, я приезжаю сюда.

 

      Кокнесе, коккнессе, кокккнесссе…. Шуршит речная галька, когда набегает волна с широкой водной глади. Там, далеко от берега, среди длинных водорослей, извиваются воспоминания о хуторах и деревнях, ушедших на дно, и всё меньше остаётся в живых тех, кто помнит эту землю другой. Только замок Кокнесе, окончательно затвердевший в своей ажурной полуразрушенной форме, неподвижно отражается в воде, подступившей к самому его подножию, так что стены теперь и не обойти – только плыть.

 

     А ты помнишь, как было здесь раньше? Мне рассказал ворон, который живёт триста лет. Ему скоро умирать, потому что двести девяносто девятый день рождения он уже отпраздновал давным-давно, но каждый раз просит девушку с косой, расчесывающую волосы на руинах замка, отсрочить приговор. Он всё ещё надеется найти не просто слушателя – а того, кто вернёт реке Даугаве прежний вид, с высокими белыми берегами и каменистыми перекатами, и построит новые деревни на месте погибших. Пока таких нет. Девушка с косой – трусливые зовут её смертью и боятся длинной косы, как будто она остра и безжалостна, - устала ждать и следующей весны у ворона может и не случиться.

 

     Поэтому я здесь и снова слушаю, чтобы пересказать потом тебе эту историю, чтобы ты пересказал её дальше, чтобы нашёлся тот, кто сможет… Ворон говорит, что раньше, до затопления долины, замок стоял на высокой горе и его было видно издали. Разрушился он давно и уже сотни лет только птицы были его обитателями, гнездясь в благородных руинах. Вокруг, в маленьких деревушках, окружённых полями и садами, жили простые люди, которые смотрели на замок как на привычную деталь пейзажа, но любили его по-своему и не разбирали на камень. А потом пришли другие люди, которым нужна была электроэнергия, чтобы строить заводы и производить разные полезные вещи. Они построили плотину и заперли Даугаву. Ошеломлённая река – с нею никогда так не поступали! – начала разливаться в большое озеро. На дно ушли сады, дома, кладбища, плоды столетних трудов и надежды на будущее. Зато завертелись турбины и пошёл ток.

 

     Девушке с косой пришлось приходить сюда чаще обычного – всё больше людей, потерявших свой маленький, но неизбывно любимый дом, нуждались в её утешении. И когда последний из помнивших замок Кокнесе стоящим высоко на горе навсегда закроет глаза, чтобы досмотреть свой сон о прошлом, мы с вороном тоже поднимемся с полуразрушенной стены, висящей над самой водой, и отправимся восвояси. Я обязательно сюда вернусь. Но, наверное, уже одна…