КАК СВЯЗАНЫ ЮЖНЫЙ БЕРЕГ ОЗЕРА ВЁНЕРН И ИНГЕРМАНЛАНДИЯ

   Во время своих экспедиционных выездов мы стараемся посещать те места, которые имеют прямое отношение к теме наших научных изысканий. И очень часто случается, что удалённые друг от друга территории оказываются связаны между собой различными историческими событиями, личностями или объектами. Наглядным примером такой незримой исторической связи мы считаем южное побережье шведского озера Vänern (Венерн) (третье по величине озеро в Европе) с землями невских берегов и юга Ладожского озера. Не будем играть в загадки, а коротко расскажем основные сюжетные линии. Начнем традиционно с самых древних персонажей.
    На окраине небольшой шведской деревушки Husaby (Хусабю) среди полей на краю небольшой возвышенности стоит каменная, с башнями, церковь.

 

Церковь (XII в.) в Husaby

    Как обычно - парковка, ограда, гравийные дорожки. Но если пройти по одной из дорожек до лестницы и спуститься по ней, то на самом склоне, среди обнажений известняка, можно увидеть облагороженное место. Здесь, по местным преданиям (записанным ещё в XIII в.) около 1008 года святой Зигфрид крестил шведского короля Олафа Шётконунга вместе с его семьей.

 

Место крещения Олафа Шётконунга

    Ну и что, подумает большинство из вас, а какое отношение к этому имеют тут невские берега и южная Ладога? Оказывается, самое прямое: именно Олаф настоял на том, чтобы его дочь Ингигерда вышла замуж за великого князя Ярослава Владимировича (Мудрого) около 1019 г. По одной из версий, возникшей в XIX веке и пользующейся популярностью до сих пор, именно её именем была названа Ижорская земля (Ингрия), якобы подаренная ей Ярославом, река и народ ижора (inkeri).
   На наш взгляд, эта версия имеет целый ряд изъянов и поэтому маловероятна. Во-первых, нет никаких обоснованных сведений, что территории по берегам реки Невы в начале XI в. принадлежали новгородцам или чтобы они там собирали регулярную дань. Во-вторых, по археологическим и письменным источникам расселение народа ижора на данной территории началось, вероятнее всего, не ранее XII в. В-третьих, о передаче князем Ярославом Мудрым Альдейгьюборга (город Ладога) и Ладожского ярлства в качестве свадебного дара шведской принцессе Ингигерд упоминается только в «Саге об Олаве Святом» у Снури Стурлосоана (конец XIII в.) При этом сага норвежская, рассказ в ней идёт в основном о Норвегии и ее конунгах и поэтому в ней используются норвежские термины. В частности, в отношении данного свадебного подарка был использован термин tilgjof, который означает особый вид свадебного дара, который не становился полноценной собственностью, а, скорее всего, был правом пользования во время жизни женщины в данном браке. Таким образом, вполне возможно, что Ингигерде было даровано право получать и использовать на свои нужды налоги и виры с жителей Ладоги, а также дань с рядом проживающих племен. Но разве факт выплаты дани - это повод для того, чтобы народ назвал бы себя в честь очередного её сборщика? В-четвёртых, даже если бы всю землю, которую приписывают Ладожскому ярлству, стали называть по имени Ингигерды, то откуда тогда появляется Водская, Лопская, Карельская и прочие земли? Почему исключение делается только для наиболее удалённой от Ладоги относительно небольшой территории, в то время как другие, в том числе и более близкие окрестности, никогда и не связывали с именем Ингигерды?  Таким образом, мы не считаем эту версию логичной и реалистичной. Гораздо прозаичнее и ближе к истине нам представляется версия с происхождением сначала гидронима, а затем и этнонима Inkeri из финно-угорского языка, (например, «извилистая»). Хотя, безусловно, могут быть и иные варианты.
    Всего в 21 километре от Хусабю находится деревня Varnhem (Варнхем), где расположен комплекс построек бывшего монастыря, основанного в 1148 г.

 

Varnhem Здание монастырской церкви

   В монастырской церкви нас заинтересовало вот это надгробие над могилой небезызвестного ярла Биргера (Birger Magnusson), зятя шведского короля Эрика Шепелявого (который также был захоронен в этой же церкви). Об участии Биргера в походе в 1240 г. на Неву нам рассказывают ещё со школьной скамьи, хотя, вероятнее всего, он лично не участвовал ни в походе, ни в битве с Александром Невским. Несмотря на то, что в шведских хрониках об этом событии ничего не сказано, эта военная операция реально произошла, причем она не была рядовым грабительским набегом и её цель была иной: построить укрепление и закрепиться на берегах Невы. Но не получилось, шведов разбили, а поражение они, видимо, решили в анналы не записывать.

 

Надгробие ярла Биргера

   Кстати, весьма разрекламированное в последние годы место на реке Тосне, около Саблинских пещер, не имело никакого отношения к ночёвке войска Александра Невского перед Невской битвой. Броды через реку и старая дорога (если предположить, что по ней шло войско) находились в другом месте.
    Ещё одной интересной деталью церкви Варнхемского монастыря считается мемориальный комплекс семейства Делагарди (De la Gardie) – Магнуса и Якоба.

 

Мемориальный комплекс Де ла Гарди (De la Gardie)

   Причина их появления вполне банальна. За успехи на шведско-российском направлении, взятии под контроль Корелы, Гдова, Орешка, Копорья, Ивангорода, Ладоги, Великого Новгорода и Старой Руссы, шведский король в мае 1615 года пожаловал Якоба де ла Гарди графским титулом: он стал графом Лекё (graf von Lecköö) с предоставлением соответствующих земель – на юге озера Венерн, в состав которых входил и полуразрушенный бывший монастырь Varnhem.  

 

Замок Лекё

   Якоб Делагрди был известен ещё и как идеолог создания отдельного Новгородского государства, а также инициатором призвания на Московский престол шведского принца. Но шведского королевича вовремя не отпустила мама и в 1613 г. на московский трон был избран Михаил Романов. Затем Якоб Делагарди вёл долгие переговоры с русской делегацией, на которых Москве предлагалось два варианта расчёта со шведами за понесенные ими «убытки» в процессе оказания «помощи» по договору 1609 г.: заплатить деньги или отдать земли. В результате, на Земском соборе в сентябре 1616 г. было принято решение отдать земли: "Чтоб его государевы послы с свеискими послы делали на городы, а не на денги, как бы его государеву делу было прибылнее, а его великим росииским государствам не к болшому убытку". Переговоры сразу пошли быстрее и 27 февраля 1617 г. в деревне Столбово на Сяси был подписан мирный договор между Швецией и Россией, по которому часть российских земель почти на 100 лет перешла во владения Швеции, после чего она и стала называться Ингерманландией. Со стороны шведов договор подписал граф Якоб Делагарди (де ла Гарди), с российской – князь Данила Мезецкий. О краткой истории проведения этих переговоров мы уже писали ранее здесь.
   Ещё одна любопытная и вполне осязаемая связь заключается в старых каменных крестах, которые можно увидеть на обеих территориях. Наши кресты, расположенные на Ижорском плато, правда, чуть постарше – XV—XVI вв., в то время как около озера Вёнерн они датируются XVII—XVIII вв.

 

Шведский каменный крест в круге

 Интересно, а есть ли ещё такие насыщенные разновременными историческими узами, весьма удалённые друг от друга и достаточно небольшие по своим размерам территории?

 

Александр Потравнов

Татьяна Хмельник